«Отец до сих пор приходит ко мне в снах»
Сын защитника Брестской крепости – о первых часах войны, героической обороне цитадели и надежде на чудо, которая живет в нем до сих пор
сын защитника Брестской крепости (подполковник в отставке)
владимир семочкин
Великую Отечественную войну семья двухлетнего Вовы Семочкина встретила в стенах Брестской крепости. Когда первые бомбы начали падать на цитадель, его отец, политрук Илья Семочкин, ушел сражаться, сказав жене на прощание, чтоб берегла себя и детей. Это были его последние слова родным. Спустя восемь дней отчаянной борьбы Илья Егорович погибнет, защищая крепость, но семья героя узнает об этом лишь через полтора десятилетия. И даже тогда не потеряет надежду на то, что однажды случится чудо и он вернется домой.
– Когда территория была освобождена, нашу семью поселили в Брестской крепости. Это была отдельная квартира, которая располагалась в одном из жилых домов командного состава.
Когда Германия напала на Советский Союз, Владимиру Ильичу шел всего третий год. Тем не менее в память мальчика навсегда впечатались обрывки взрослых разговоров о войне.
Семья Семочкиных оказалась в Бресте осенью 1939 года. Тогда 6-ю Орловскую стрелковую дивизию, где в 125-м стрелковом полку служил политруком Илья Егорович, направили освобождать Западную Беларусь. Маленькому Вове было всего пять месяцев, его старшей сестре Дине – четыре года.
Когда в крепости начались бои, старикам, женщинам и детям было приказано спрятаться в подвале. Там же оказалась беременная Татьяна Семочкина с сыном и дочкой. О судьбе мужа она ничего не знала. Время от времени в помещение спускались офицеры, но Ильи Егоровича среди них не было. А на все вопросы о нем сослуживцы отвечали: ведет бой.
прокручивай
– Когда территория была освобождена, нашу семью поселили в Брестской крепости, – начинает свой рассказ подполковник в отставке Владимир Семочкин. – Это была отдельная квартира, которая располагалась в одном из жилых домов командного состава.
Когда Германия напала на Советский Союз, Владимиру Ильичу шел всего третий год. Тем не менее в память мальчика навсегда впечатались обрывки взрослых разговоров о войне.
– О нашей довоенной жизни я практически ничего не помню – был слишком маленький. Но ощущение чего-то плохого витало в воздухе. О том, что фашисты готовятся к войне, родители начали подозревать за несколько месяцев до нападения. Рядом с крепостью протекает река Буг, а на ее противоположном берегу еще весной были слышны танки, говор немецких подразделений. Все понимали: враг накапливает силы у нашей границы. Но об этом было запрещено говорить вслух, чтобы не сеять панику. Все надеялись, что это ошибка… И все же папа, когда их с мамой не слышали, часто повторял ей: «Таня, ты успокойся, но, наверное, война все же будет».
В последний мирный вечер супруги Семочкины пошли в армейский клуб в кино, оставив Вову со старшей сестрой дома. Вернувшись, поужинали и легли спать. А под утро всю семью разбудили звуки разрывающихся бомб.
– Грохот, взрывы, стрельба… Когда мы проснулись, крепость была в огне. Папа сразу же ушел воевать, сказав маме на прощание: «Таня, береги детей». Это были его последние слова, больше отца мы не видели, – вспоминает Владимир Ильич. – Если бы война началась на несколько дней позже, нас бы в крепости уже не было. Отца направляли в Москву на учебу в Военную академию, мы были на чемоданах. Но уехать нам было не суждено…
Когда Германия напала на Советский Союз, Владимиру Ильичу шел всего третий год. Тем не менее в память мальчика навсегда впечатались обрывки взрослых разговоров о войне.
– О нашей довоенной жизни я практически ничего не помню – был слишком маленький. Но ощущение чего-то плохого витало в воздухе. О том, что фашисты готовятся к войне, родители начали подозревать за несколько месяцев до нападения. Рядом с крепостью протекает река Буг, а на ее противоположном берегу еще весной были слышны танки, говор немецких подразделений. Все понимали: враг накапливает силы у нашей границы. Но об этом было запрещено говорить вслух, чтобы не сеять панику. Все надеялись, что это ошибка… И все же папа, когда их с мамой не слышали, часто повторял ей: «Таня, ты успокойся, но, наверное, война все же будет».
В последний мирный вечер супруги Семочкины пошли в армейский клуб в кино, оставив Вову со старшей сестрой дома. Вернувшись, поужинали и легли спать. А под утро всю семью разбудили звуки разрывающихся бомб.
– Грохот, взрывы, стрельба… Когда мы проснулись, крепость была в огне. Папа сразу же ушел воевать, сказав маме на прощание: «Таня, береги детей». Это были его последние слова, больше отца мы не видели, – вспоминает Владимир Ильич. – Если бы война началась на несколько дней позже, нас бы в крепости уже не было. Отца направляли в Москву на учебу в Военную академию, мы были на чемоданах. Но уехать нам было не суждено…
Zero Block
Click "Block Editor" to enter the edit mode. Use layers, shapes and customize adaptability. Everything is in your hands.
Tilda Publishing
create your own block from scratch
© 2026 БЕЛТА.
Ссылка на источник обязательна.
Ссылка на источник обязательна.
В проекте использованы фото БЕЛТА, из свободных источников, Госпогранкомитета и издательства «Полиграфика»