Перед Владимиром Цалко, который в 2000 году был назначен на должность главы Комитета по проблемам последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС при Совете Министров, была поставлена одна из важнейших задач: перейти к долгосрочной реабилитации земель и обеспечению безопасной жизни людей на территориях, которые остались в тени Чернобыля.

– Работа в комитете стала для меня не просто должностью, а личным долгом. Моей прямой обязанностью было посещать эти места, контролировать каждую стройку, каждый рубль из бюджета. Мы приглашали иностранных послов, показывали миру нашу борьбу. Глава государства ежегодно посещал пострадавшие районы и продолжает это делать сейчас, держа выполнение программы на жесточайшем личном контроле, – рассказывает Владимир Цалко. – За каждую копейку, направленную на помощь людям, требовали строгий отчет. Была проделана колоссальная работа, и она не останавливается и сегодня, лишь трансформируется, отвечая вызовам нового времени, но цель остается прежней – сделать все, чтобы жизнь на нашей земле была безопасной и достойной.

возглавил Департамент накануне подведения итогов пятой программы, которая охватывала 2016-2020 годы:

— Выполнение ее целей было признано высокоэффективным. Это оценка правительственной комиссии. Так, принимались защитные меры в сельском хозяйстве — в частности, использовались только чистые корма для КРС. Это обеспечило производство продукции, отвечающей как государственным, так и международным нормам.

По словам собеседника, сегодня на чернобыльских территориях довольно эффективно работают предприятия, выпуская чистую продукцию. Молочную — в том числе.

— Благодаря предпринимаемым государством усилиям жизнь там ничем не отличается от остальной территории нашей страны. Все вопросы, которые были прописаны в госпрограммах, неукоснительно решались. За ними был контроль, чтобы объекты возводились в срок, закупались техника и медицинское оборудование, шли газификация и ремонт дорог, строились детские реабилитационно-оздоровительные центры. Эта система проверена временем.

В 1986 году у Республики Беларусь, не имевшей на тот период атомной станции, не было специальных компетенций в решении вопросов ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. "Мы тогда были в составе Советского Союза. Понятно, что в первые дни, недели, месяцы необходимо было решать вопросы по ликвидации последствий аварии на территории республики", - отметила Жанна Чернявская, говоря о становлении законодательства в этой сфере.
 
Если сравнивать общие масштабы, Беларусь пострадала более всего: около 20 стран в целом почувствовали на себе чернобыльскую аварию и ее воздействие, а в Беларуси она затронула практически 23% территории. Для сравнения: в Российской Федерации это 1,5% всей территории, в Украине - 7%. Естественно, это были густонаселенные территории, где жило много людей.
 
В Беларуси были приняты два основных закона, которые регламентировали работу по ликвидации последствий - это закон о правовом режиме территорий, загрязненных радионуклидами, и закон о социальной защите населения. Первый определял зоны воздействия и плотности загрязнения радионуклидами, а также режим и мероприятия, которые должны проводиться на этих территориях. Второй закон определял категории людей в зависимости от места их проживания.
 
Беларусь вынесла серьезные уроки после аварии на ЧАЭС и сделала основной шаг к дальнейшему развитию. В стране приняты и работают нормативные акты: "Первый - закон о радиационной безопасности. Второй - подпрограмма до 2030 года, которая называется "Радиационная безопасность", работает в составе программы "Инфраструктура национальной безопасности". Помимо этого, есть закон, который регулирует вопросы деятельности атомной энергетики в Республике Беларусь", - рассказала она.
 
В 2025 году Беларусь закончила реализацию шестой государственной программы, позволяющей эффективно преодолевать последствия чернобыльской аварии. "В целом, примерная сумма денежных средств, выделенных на это, - около $19,5 млрд. Конечно, тот ущерб, который был нанесен аварией, очень серьезный: его оценивают примерно в 32 бюджета нашей страны 1985 года. Но те $19,5 млрд, которые были вложены, - это серьезные деньги, которые республике необходимо было изыскать с учетом того, что развалился Советский Союз, финансирование было прекращено, и в сложные 90-е годы стране было непросто", - напомнила Жанна Чернявская.
 
Тем не менее, эти земли не были брошены. "Глава государства неоднократно повторял, что ему много раз предлагали бросить эти территории, не заниматься ими. Но ведь тогда 23% площади нашей страны оказались бы в роли джунглей, где мы бы не знали, что с ними делать. Пожарная безопасность - это направление, которое просто нельзя было оставлять без внимания. Поэтому все шесть госпрограмм, начиная от первой и заканчивая шестой, поэтапно, выходили одна из другой в соответствии с тем, что уже было сделано за пятилетку", - отметила она.
 
То есть работа на этих территориях идет: люди живут, рождаются дети, работает система социального обеспечения, образования, медицины и культуры. "Сегодня действительно то, что было вложено благодаря, во-первых, нашему Президенту, который не оставил эти земли и постоянно видит, как идет реализация наших госпрограмм, дает результат. Дальше будем продолжать в таком же духе, потому что чернобыльская тематика - это долгоиграющая тема. Еще есть земли, загрязненные радионуклидами, еще придется с ними работать. Но тем не менее мы за 40 лет наработали хороший опыт и делимся им со многими, кто интересуется", - подчеркнула она.

Говоря о производстве чистой продукции на пострадавших от аварии на ЧАЭС территориях, Председатель Комиссии по экологии и природопользованию Палаты представителей Национального собрания Жанна Чернявская привела в пример предприятие по производству сыров в Хойникском районе. "Наша молочная продукция всегда пользуется спросом и идет на экспорт. На предприятиях, производящих продукты питания, установлен трехступенчатый комплекс радиационного контроля. Приезжает молоко на завод, отбирается проба - смотрим, есть ли превышения. На сегодняшний день на завод попадает сырье, которое отвечает необходимым нормативам. Дальше, в период изготовления полуфабриката, отбирается проба повторно. Затем - готовая продукция", - отметила она. 

Помимо того, что на предприятии такой серьезный уровень контроля, председатель постоянной комиссии добавила, что республиканские допустимые уровни по сравнению с европейскими и ЕАЭСовскими очень жесткие. "Если посмотреть по молоку, например: в ЕАЭС там 400 беккерелей на килограмм, а у нас - всего 20. Поэтому, фактически, если сравнивать, и дополнительно, если мы отправляем на экспорт, пробы отбираются, и радиационный контроль проводится еще и на таможне. Таможня, конечно, все просматривает", - сказала Жанна Чернявская.

Такой жесткий контроль подтверждает: сегодня система проверки продукции в стране налажена. "Мы понимаем, что продукция должна быть не только вкусная, но и качественная ", - добавила она.

По состоянию на 1986 год населенных пунктов на загрязненных территориях насчитывалось 3678, и в них проживало около 2,2 млн человек. "На 1 января 2026 года, по данным Белстата, таких населенных пунктов уже 2013, и проживает в них 922 тыс. человек", - привел цифры первый заместитель начальника Госатомнадзора.

Согласно расчетам, которые Госатомнадзор получает от Министерства здравоохранения, даже в населенных пунктах, которые загрязнены радионуклидами, дозовая нагрузка не превышает 0,5 миллизивертов в год. "Там есть единичные деревни, где проживает несколько человек. За 5 лет, с 2021 года, около 7 населенных пунктов как таковые прекратили свое существование: пожилые люди жили, где-то дети забрали, уехали. Поэтому уже в статистике их учет не ведется и в последующем они будут подлежать исключению", - сказал первый заместитель начальника Госатомнадзора .
 
Работа продолжается и по предварительным расчетам в отношении более 150 населенных пунктов уже можно рассматривать вопрос о выведении их из перечня размещенных на загрязненных территориях. "Это, естественно, населенные пункты, которые на сегодняшний день расположены в зонах с периодическим радиационным контролем", - подчеркнул он.
 
За последние 4 года не было выявлено фактов превышения радионуклидов как в питьевой воде - это закрытые источники и открытые источники, населенных пунктов на загрязненной территории, так и в молоке, мясе. "Это уже показатель того, что, несмотря на присутствие радионуклидов и определенной степени загрязненности этой земли, принятые меры позволяют нам держать ситуацию под контролем. За последние 10 лет ситуация уже стабилизировалась. Сейчас речь идет об устойчивом развитии загрязненных территорий.
 
Контрольные и допустимые уровни содержания радионуклидов в продукции, произведенной на загрязненных территориях, в Беларуси довольно жесткие. "У нас в республике повышенные требования. И вот результаты за последние пять лет: уже случаев даже поступления сырья с превышением по пищевой продукции или какого-то производственного сырья не фиксировались, - заявил он. - Близ Полесского заповедника, на стадии заготовки кормов могут выявляться единичные факты превышения радионуклидов, но существуют методики, соответствующие инструкции, как поступать в данном случае. Если это зерно, оно может идти потом для посева культуры в следующем году, исходя из степени содержания, животные могут откармливаться, но с последующим переводом на чистую продукцию и параллельно концентрированные корма чистые дают. То есть это не влияет в итоге потом на получение нормативного сырья именно для тех же мясокомбинатов".

На территории Полесского заповедника сосредоточено около 30% всего выпавшего на Беларусь после аварии на ЧАЭС цезия и 98% плутония. "Выброс радионуклидов из реактора шел 10 дней, на момент аварии было наработано порядка 650 изотопов. Метеорологическая обстановка менялась ежедневно, формируя уникальный след выпадений. Уже к концу 80-х годов радиационная обстановка стабилизировалась, и специалисты приступили к расчету сценариев. Благодаря усилиям Белгидромета, при создании заповедника мы уже имели ориентировочные карты выпадений", - рассказал Максим Кудин.
 
Сегодня можно констатировать положительный момент: основные дозообразующие радионуклиды - цезий и стронций - распались уже на 62-64%. Однако в заповеднике сконцентрирована трансурановая группа элементов с периодами полураспада от 87 лет до 24 тыс. лет. Поэтому важной задачей остается оценка механизмов поведения радионуклидов в экосистеме. Меры, принятые на государственном уровне, оказались эффективны. Создан уникальный стационар, где мы можем отслеживать эти процессы в естественных условиях - в лаборатории это сделать крайне сложно или невозможно.
 
Опыт Беларуси в этом отличается от украинского: практически на всей территории заповедника снят антропогенный фактор.
 
В заповеднике также развивается организация чернобыльского туризма. "Необходимо формировать, без радиофобии, полноценное понимание чернобыльского наследия, которое важно сохранить. Мы подаем это и с научной точки зрения, и через призму биологического разнообразия, - рассказал Максим Кудин. - Существуют ограничения, поскольку зона ядерной аварии не может считаться полностью безопасной. Главный принцип - минимальное воздействие на среду, что повышает уровень безопасности экскурсантов и создает аутентичные впечатления".
 
В 2018 году заповедник посетили 3 группы туристов (18 человек). В прошлом году - уже 231 группа, порядка 3,2 тыс. человек, из них более 1 тыс. - иностранные граждане. География растет: сегодня это представители 40 стран со всех континентов. Вопросы трансформации экосистем с учетом радиационного фактора вызывают устойчивый международный интерес, добавил заместитель директора заповедника.

Вместе с белорусскими госпрограммами действовали программы совместной работы по преодолению последствий чернобыльской аварии в рамках Союзного государства:

– Так, был разработан новый комплекс для тушения пожаров на чернобыльских территориях. Он позволяет минимизировать труд человека. Система получилась защищенной. В герметичной кабине работает дополнительная система вентиляции, чтобы водитель машины мог дышать чистым воздухом.

Разработка получилась совместной. Базу купили в Нижнем Новгороде, дальнейшую доводку вело предприятие в Борисове.

– При мне произвели первый комплекс, аналогов которому не было даже в ЕС. Кроме того, благодаря союзной программе мы стали делать противопожарные разрывы в Полесском заповеднике, чтобы не допустить быстрого распространения огня. Их отличие от обычных в том, что ширина привычных нам полос порядка четырех метров. В Полесском заповеднике они достигали в ширину 30-100 метров.

В текущем году на поддержание безопасных условий функционирования пострадавших территорий направлено 805,2 млн рублей, в том числе в государственных программах:
«Инфраструктура безопасности населения» – 44,3 млн рублей (вопросы обеспечения радиационной безопасности);

«Общество равных возможностей» и «Беларусь интеллектуальная» – 322,8 млн рублей (вопросы социальной защиты);

«Здоровье нации» – 178,3 млн рублей (оздоровление и санаторно-курортное лечение);

«АПК будущего» – 229,5 млн рублей (обеспечение адресного применения защитных мер в сельскохозяйственном производстве);

«Устойчивая энергетика и энергоэффективность» – 17,1 млн рублей (газификация и электрификация);

«Комфортное жилье» – 13,2 млн рублей (водообеспечение и водоотведение).
С 2027 года государственной программой «Строительство жилья» предусмотрено 440,0 тыс. рублей на соответствующие мероприятия.